Эта неделя в русской революции

25 сентября — 1 октября: Ленин призывает лидеров большевиков готовиться к захвату власти

11 октября 2017 г.

Теперь, когда большевики получили большинство в Московском и Петроградском Совете, Ленин начинает капанию по переориентации партии в направлении подготовки вооруженного восстания. Между тем Керенский и его сторонники заняты созданием нового провоенного, «коалиционного» правительства.

Петроград, 26-29 сентября (13-16 сентября по ст. ст.): Ленин пишет в ЦК о том, что назрели условия для взятия власти

Страница подготовительных материалов Ленина к работе «Государство и революция»

Все еще находясь в Финляндии на нелегальном положении, Ленин пишет два письма — «Большевики должны взять власть» и «Марксизм и восстание», — в которых призывает ЦК большевистской партии начать немедленную подготовку к вооруженному восстанию и взятию власти. Он утверждает, что, в результате провалившегося корниловского мятежа соотношение сил в стране серьёзно сдвинулось в пользу большевиков.

В тяжелый период после июльских дней, когда Ленин был вынужден уйти в подполье из опасений за свою жизнь, он написал Каменеву: «Entre nous: если меня укокошат, я Вас прошу издать мою тетрадку: “Марксизм о государстве” (застряла в Стокгольме). Синяя обложка, переплетенная». В течение следующих двух месяцев Ленин переработал материал своих черновых набросков, написав, вероятно, свой наиболее известный политический трактат — Государство и революция.

«Вопрос об отношении социалистической революции пролетариата к государству приобретает, таким образом, не только практически-политическое значение, но и самое злободневное значение, как вопрос о разъяснении массам того, что они должны будут делать, для своего освобождения от ига капитала, в ближайшем будущем», — пишет Ленин в предисловии [ПСС, т. 33, с. 4].

Работа над Государством и революцией проясняет для самого Ленина неотложную цель — сориентировать большевиков на взятие власти. В статье «Большевики должны взять власть» Ленин пишет:

«Получив большинство в обоих столичных Советах рабочих и солдатских депутатов, большевики могут и должны взять государственную власть в свои руки.

Могут, ибо активное большинство революционных элементов народа обеих столиц достаточно, чтобы увлечь массы, победить сопротивление противника, разбить его, завоевать власть и удержать ее. Ибо, предлагая тотчас демократический мир, отдавая тотчас землю крестьянам, восстанавливая демократические учреждения и свободы, помятые и разбитые Керенским, большевики составят такое правительство, какого никто не свергнет.

Большинство народа за нас. Это доказал длинный и трудный путь от 6 мая до 31 августа и до 12 сентября: большинство в столичных Советах есть плод развития народа в нашу сторону. Колебания эсеров и меньшевиков, усиление интернационалистов среди них доказывают то же самое…

Вопрос в том, чтобы задачу сделать ясной для партии: на очередь дня поставить вооруженное восстание в Питере и в Москве (с областью), завоевание власти, свержение правительства. Обдумать, как агитировать за это, не выражаясь так в печати» [ПСС, т. 34, с. 239-240].

«Взятие власти должно быть основано — продолжает Ленин — на Советах и демократических организациях», возникших после Февральской революции. В статье «Марксизм и восстание» он уточняет:

«Восстание, чтобы быть успешным, должно опираться не на заговор, не на партию, а на передовой класс. Это во-первых. Восстание должно опираться на революционный подъем народа. Это во-вторых. Восстание должно опираться на такой переломный пункт в истории нарастающей революции, когда активность передовых рядов народа наибольшая, когда всего сильнее колебания в рядах врагов и в рядах слабых половинчатых нерешительных друзей революции. Это в-третьих. Вот этими тремя условиями постановки вопроса о восстании и отличается марксизм от бланкизма…»

«Перед нами налицо все объективные предпосылки успешного восстания. Перед нами — исключительные выгоды положения, когда только наша победа в восстании положит конец измучившим народ колебаниям, этой самой мучительной вещи на свете; когда только наша победа в восстании даст крестьянству землю немедленно; — когда только наша победа в восстании сорвет игру с сепаратным миром против революции, сорвет ее тем, что предложит открыто мир более полный, более справедливый, более близкий, мир в пользу революции» [ПСС, т. 34, с. 242-243, 245].

Многие из большевистских лидеров потрясены письмами Ленина. Как и весной, после получения его Писем из далека, они пытаются скрыть их от партии. Как позже заметил Николай Бухарин, «мы все были в шоке». Письма не распространялись среди членов партии, хотя Ленин адресовал первое из них не только ЦК, но и Петроградскому и Московскому комитету. На экстренном расширенном заседании ЦК вечером 28 сентября (15 сентября по ст. ст.) большинство участников настроены на то, чтобы уничтожить письма без огласки. После споров, не придя к единогласию, собрание голосует за то, чтобы сохранить только одну копию каждого письма и не допустить их распространения среди рабочих.

Еще несколько недель понадобится Ленину и Троцкому, чтобы завоевать большинство лидеров партии на сторону линии по планомерной подготовке захвата власти.

Лондон, 26 сентября: Газеты предупреждают о росте социализма в Великобритании

В специальной телеграмме газете New York Times репортер лондонского Times предупреждает о растущем влиянии социализма и сообщает о своем опасении, что «в Великобритании зреет революция». Предупреждение появляется в газете на фоне нескольких месяцев забастовок и растущих антивоенных настроений в британском рабочем классе и в армии.

В тот же день военная полиция в городе Рочдейл на северо-востоке Англии прямо на массовом митинге арестовывает Чарльза Джеймса Симмонса, представителя Совета рабочих и солдат (Workers’ and Soldiers’ Council — СРС) в регионе Мидлендс. Этот Совет был учрежден на конференции в Лидсе 3 июня в поддержку Февральской революции. Симмонс в течение нескольких месяцев неутомимо выступает горячим сторонником СРС (см.: «29 мая–4 июня: Ленин и Троцкий сближаются на фоне растущих призывов к взятию власти Советами»).

Хотя руководство Совета находится в руках деятелей Лейбористской партии, разного рода пацифистов и профсоюзных чиновников, британское правительство Ллойд-Джорджа опасается того, что движение Советов будет способствовать росту антивоенных и социалистических настроений среди рабочих и солдатских масс. Правительство прибегает к услугам спецслужб и правых хулиганских банд, чтобы предотвратить проведение двенадцати региональных митингов СРС. В июле собрания были насильственно разогнаны в Лондоне и Ньюкасле, а их участники получили многочисленные травмы. В августе региональные встречи в Глазго, Манчестере и Йоркшире были вообще запрещены. Только три региона из двенадцати смогли провести собрания.

У правящего класса Британии есть веские основания для опасений. Несмотря на массовые репрессии, в прессе появляются сообщения о том, что солдаты продолжают создавать советы. В округе Танбридж-Уэллс младший капрал Дадли вместе с представителями шести батальонов 24 июня учредил солдатский Совет. После того как этот Совет издал солдатский манифест, офицеры распустили его, а Дадли был отправлен на фронт.

К концу сентября все 12 регионов СРС смогли избрать своих делегатов. Однако преобладание лейбористов и антисоциалистов в руководстве связывает это движение по рукам и ногам. Например, первый пункт программы, принятой на национальном совещании СРС в начале октября, гласит: «СОВЕТ РАБОЧИХ И СОЛДАТ был сформирован в основном как орган пропаганды, не как соперник какой-либо из существующих рабочих организаций, но для внесения в них активного духа свободы».

Киев, 26 сентября (13 сентября по ст. ст.): Делегаты рабочих и солдат отказываются освобождать корниловских генералов

Антон Деникин

Делегаты рабочих и солдат в Киеве арестовали царских генералов Антона Деникина и Сергея Маркова, поддержавших Корнилова. Керенский посылает правительственную комиссию для передачи пленных в ее руки. Рабочие и солдаты понимают, какая судьба ожидала бы их в случае победы Корнилова, и не доверяют Керенскому. Они отказываются передать генералов правительственной комиссии, предлагая вместо этого судить их революционным трибуналом.

Оба царских генерала — крайние реакционеры. После Октябрьской революции оба они сумеют бежать из плена. Вместе с Корниловым и при поддержке империалистических держав они начнут проводить белый террор, организовывать погромы и массовые убийства на Украине и в европейской России. Белые армии поставят перед собой цель уничтожить «зло, живущее в сердцах жидо-коммунистов». Марков погибнет в ходе Гражданской войны. Деникин доживет до 1947 года, когда в возрасте 74 лет умрет от сердечного приступа, отдыхая в Энн-Арборе, штат Мичиган.

Петроград, 27 сентября (14 сентября по ст. ст.): «Демократическое совещание» собирается в Петрограде; Керенский пытается сколотить новое правительство

Александринский театр в 1917 г.

Предположительная цель «Демократического совещания» — сплотить все «демократические» силы страны против контрреволюции. Предлагается создать еще одно «коалиционное» правительство, и конференция предлагает избрать «Предпарламент», который будет руководить страной до созыва Учредительного собрания. Политическая ориентация совещания была смутной с самого начала, включая и сам термин «демократическое». На совещание был приглашен широкий спектр политических элементов «демократии», от меньшевиков и эсеров, вплоть до земств и деятелей сельской кооперации. Кадеты во главе с Милюковым бойкотировали совещание.

Керенский после июльских дней резко повернул направо, объявив себя «верховным главнокомандующим» диктатуры «крови и железа» и бросив большевистских лидеров в тюрьму. Однако теперь Керенский пытается найти опору слева, играя роль борца за свободу и демократию.

Конференция созвана в Александринском театре. Атмосфера в столице напряженная. Число допущенных участников доходит до 1775. Организаторы конференции пытаются обеспечить меньшее число большевистских делегатов, чем то, на какое партия могла бы рассчитывать в условиях, когда большевики возглавляют примерно половину важнейших Советов. Однако по многим вопросам большевики получают поддержку трети всех голосов.

Троцкий пишет: «Если отвлечься от оттенков, то в совещании легко установить три группировки: обширный, но крайне неустойчивый центр, который не смеет брать власть, соглашается на коалицию, но не хочет кадетов; слабое правое крыло, которое стоит за Керенского и коалицию с буржуазией без всяких ограничений; вдвое более сильное левое крыло, которое стоит за власть советов или за социалистическое правительство» (История русской революции, том 2, часть 1).

Недавно освобожденный из тюрьмы, Троцкий участвует в совещании и зачитывает декларацию большевиков. Они призывают конференцию поддержать немедленное вооружение и мобилизацию рабочих против контрреволюции. Декларация далее говорит: «Наша партия никогда не стремилась и не стремится овладеть властью против организованной воли большинства трудящихся масс страны» (см.: http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl292.htm). Эта формулировка оставляет открытой возможность взятия власти большевиками — в случае, если это станет выражением «организованной воли большинства трудящихся масс страны». Оппоненты большевиков смотрят на это с тревогой.

В своих выступлениях на конференции Троцкий осуждает идею «коалиции» с силами, которые с энтузиазмом поддерживали Корнилова: «Вся буржуазная печать либо приветствовала Корнилова, либо отмалчивалась, выжидая победы Корнилова… Вот почему я говорю, что у вас нет контрагентов для коалиции» (см.: http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl291.htm).

Троцкий также подвергает критике двойные стандарты Керенского. Когда кадеты поддержали свержение правительства в ходе корниловского мятежа, Керенский ответил на это, пригласив их занять ведущие позиции в его новой администрации. Однако когда большевиков (ложно) обвинили в попытке свергнуть правительство в июльские дни, Керенский пригласил их не в правительство, а в тюрьму.

При появлении Керенского большевистские лидеры в президиуме, переглянувшись, отказываются пожать его руку. Перед лицом всей конференции Керенский так и проходит мимо них с протянутой рукой.

Со своей стороны, Керенский неискренне пытается дистанцироваться от корниловского восстания (на которое он фактически дал свое согласие в секретной телеграмме Корнилову). «Я знаю, чего они хотели, — говорит он, — потому что они, прежде чем искать Корнилова, приходили ко мне и мне предлагали этот путь». Его слова вместо замирения аудитории вызывают новую волну возмущения. Слева кричат: «Кто приходил?… Кто предлагал?» Если он знал о мятеже заранее, то почему ничего не сказал и никого не предупредил?

Многие делегаты также осуждают Керенского за восстановление им смертной казни в армии, сделанное в нарушение своих же собственных обещаний. Это выводит Керенского из себя на глазах у всей аудитории. В той степени, в какой появление Керенского должно было укрепить его положение, он терпит провал.

«За коалицию голосовало на совещании 766 депутатов, против — 688 при 38 воздержавшихся. Оба лагеря почти уравновесились! Поправка, исключавшая кадетов из коалиции, собрала большинство: 595 голосов против 493 при 72 воздержавшихся» (История русской революции, том 2, часть 1).

Это последнее голосование сводит решение конференции к абсурду: большинство высказалось в пользу коалиции с буржуазией, но с буржуазией, исключенной из коалиции. По этой причине голосование исправленной резолюции отклоняется 813 голосами против 133, при этом 80 человек воздержались. Эти голоса — это голоса правых и левых вместе в противовес центру. Другими словами, единственное, что решено, — это то, что обе стороны, как правые, так и левые, не могут договориться друг с другом.

В какой-то момент группа моряков, которых вызвал Керенский для охраны Демократического совещания от большевиков, обратилась к Троцкому и, потрясая штыками, спросила: «А скоро ли этой штукой можно будет поработать?»

Берлин, 28 сентября: Руководство немецкой социал-демократической партии удаляет Карла Каутского из редакционной коллегии Neue Zeit

Карл Каутский

В письме Фридриха Эберта от 28 сентября руководство Социал-демократической партии Германии (СДПГ) уведомляет Карла Каутского о том, что с 1 октября снимает его с поста главного редактора еженедельной газеты Die Neue Zeit. Главным редактором отныне будет Генрих Кунов, который уже являлся членом редакционной коллегии в течение ряда лет на рубеже XIX-ХХ веков.

Эберт оправдывает свое решение так: «Некоторое время назад вы и ваш коллега [Имануил] Вурм вышли из рядов Социал-демократической партии и вступили в Независимую социал-демократическую партию [НСДПГ]… Орган СДПГ не может редактироваться членом другой партии…»

Каутский, по соглашению с Августом Бебелем и Вильгельмом Либкнехтом, основал эту газету в 1883 году независимо от СДПГ. Газета имела второй, намеренно аполитический подзаголовок: «Обзор интеллектуальной и общественной жизни», — из-за закона против социалистов того периода. В течение последующего времени она продолжала существовать как формально независимый орган социалистической мысли. Однако цель газеты всегда состояла в развитии социалистического сознания. Программная статья, написанная Либкнехтом и опубликованная в первом номере газеты, гласила: чтобы поднять пролетариат «до высоты его задачи, надо сделать доступным для него все значительные познания во всех областях науки».

Газета стала наиболее важным теоретическим органом партии и завоевала международное признание. Среди авторов были Карл Маркс, Фридрих Энгельс, Поль Лафарг, Франц Меринг, Георгий Плеханов, Роза Люксембург и Лев Троцкий.

После подъема массовой рабочей борьбы в 1905 году ревизионистские взгляды и авторы начали понемногу усиливать свое присутствие на страницах Die Neue Zeit, а после 1910 года стали проявлять себя вполне открыто. Среди прочего это привело к тому, что из редакции вышел Франц Меринг, самый влиятельный марксист в редакции после Каутского.

С течением времени Каутский все более концентрировался на многословных ученых трактатах, которым недоставало политической ясности. Если на рубеже веков Каутский вел на страницах газеты борьбу против оппортунизма и ревизионизма, то перед войной характер газеты изменился — даже Эдуард Бернштейн мог теперь печатать в ней свои статьи. Ленину места на ее страницах не предлагали.

Люксембург так комментировала редакционную деятельность Каутского на рубеже веков в письме Францу Мерингу от 8 сентября 1917 года: «У меня, когда я читаю то, что выходит из-под неутомимого пера Каутского, один глаз заливается смехом, в то время как из другого катится слеза. Он никогда не устает невозмутимо описывать одну тему за другой, с терпением паука, плетущего сеть; все аккуратно разделено на главы и подглавы, все рассмотрено “исторически”, то есть с момента возникновения космической туманности до наших дней».

Однако как только до нее долетает известие об Октябрьском перевороте, она саркастически пишет 12 ноября 1917 года Марте Розенбаум:

«Каутский не может придумать ничего лучше, как статистически доказывать, что социальные отношения России еще недостаточно созрели для диктатуры пролетариата! Достойный “теоретик” Независимой социал-демократической партии!.. К счастью, история давно перестала следовать теоретическим рецептам Каутского, поэтому мы можем надеяться на лучшее».

Рамади, 28 сентября: Британские войска освобождают город от османов

Британские войска вступают в Багдад, март 1917 г.

В ходе второй битвы против войск Османской империи британские войска захватывают город Рамади, находящийся в 100 километрах к западу от Багдада.

В начале июля индийско-британская армия не сумела в кровопролитных боях одолеть турецкий гарнизон города, занимающего стратегическое положение на реке Евфрат. На этот раз английский командующий меняет тактику, отсекая пути отступления турецких солдат и захватывая их врасплох. К раннему утру 29 сентября британские войска берут последний мост, ведущий в Рамади, и это вскоре приведет силы османов к капитуляции.

Победа дается дорогой ценой — убито и ранено более 900 британских и индийских солдат. Погибло около 120 турецких солдат и еще 190 из них ранено. Британцы берут более в плен более 3400 человек, а также захватывают большое количество военного имущества и продовольствия. Солдаты рассказывают о боях в палящей жаре.

Победа британцев побуждает местные арабские племена перейти на их сторону и поддержать британско-индийское наступление.

Британские военно-морские силы также атакуют силы османов в Бейруте, подвергая город обстрелам.

Чикаго, 28 сентября 1917 года: Руководство ИРМ арестовано и обвинено по «Закону о шпионаже»

Лидеры ИРМ на фотографии 1913 года во время стачки в Патерсоне, штат Нью-Джерси. Второй слева — Карло Треска, в центре — Элизабет Герли Флинн. «Большой Билл» Хейвуд стоит справа. Также на снимке: Пэт Куинлан (слева) и Адольф Лессинг (между Флинн и Хейвудом).

Большое жюри в Чикаго предъявляет обвинение 168 лидерам организации Индустриальные рабочие мира (ИРМ). Сразу же после этого десятки лидеров арестованы по всей стране, в том числе Уильям «Большой Билл» Хейвуд, который брошен в тюрьму. За его освобождение под залог требуют 25 тысяч долларов. Согласно описанию в газете New York Times, федеральные агенты приезжают в штаб-квартиру в Чикаго, расположенную по адресу 1001 Мэдисон-авеню, на десяти автомобилях, вламываются в офис Хейвуда, а он в этот момент «повернулся в своем кресле и улыбнулся специальному агенту Суипу, возглавляющему группу захвата».

Все остальные заключены в тюрьму и могут быть отпущены под залог в 10 тысяч долларов. В Нью-Йорке арестованы Элизабет Герли Флинн и двое итальянских иммигрантов из числа ведущих лидеров ИРМ — Карло Треска и Артуро Джованитти. Другие аресты лидеров и активистов ИРМ проводятся в городах Миннеаполис, Кливленд, Милуоки, Де-Мойн, Рокфорд, Янгстаун, Питтсбург, Буффало, Хантингтон, Филадельфия, Скрантон, Лос-Анджелес, Сан-Хосе, Портленд, Астория и Бьют.

Решение Большого жюри основано на якобы «доказательствах», похищенных из офисов ИРМ в ходе рейдов 5 сентября, которые были санкционированы президентом Вильсоном. Ни для кого, однако, не является секретом, что все эти лидеры арестованы за оппозицию мировой войне, за то, что они упорно пытаются поднять американский пролетариат против империалистической войны. Пресловутый «Закон о шпионаже», по которому их арестовывают, гласит:

«Когда Соединенные Штаты находятся в состоянии войны, то если кто-то сознательно приведет или попытается привести или попытается возбудить: неповиновение, нелояльность, мятеж или отказ от службы в вооруженных и военно-морских силах Соединенных Штатов, — или сознательно помешает, или попытается помешать призыву в армию и рекрутированию в армию Соединенных Штатов, или кто-либо, когда Соединенные Штаты находятся в состоянии войны, сознательно произнесет, напечатает, напишет или опубликует нелояльную, грубую, клеветническую или злую речь о форме правления Соединенных Штатов, или о вооруженных силах Соединенных Штатов, или о Конституции, или о флаге Соединенных Штатов, или о военной форме армии или военно-морского флота, чтобы презирать, насмехаться, лишать чести или унижать, или сознательно произнесет речь, намеренную возбудить, спровоцировать или поощрить сопротивление против Соединенных Штатов, или поддержать цели его врагов… или словом или делом выступит против целей Соединенных Штатов, то он будет наказан штрафом, не превышающим 10 тысяч долларов, или же лишением свободы на срок не более двадцати лет, или обоими мерами пресечения».

Через два дня в штате Оклахома 120 издольщиков и фермеров-арендаторов, являющихся членами «Союза рабочего класса», будут осуждены за участие в антивоенном «Восстании зеленой кукурузы» 2 и 3 августа.

Западный фронт, 30 сентября: В течение сентября британские войска теряют более 104 тысяч убитыми и ранеными

Пашендейль, конец 1917 года

Официальный отчет о британских потерях в сентябре фиксирует 104.598 убитых, раненых или пропавших без вести.

Большая часть этого ужасного итога стала результатом Третьей битвы при Ипре, которая продолжалась в течение всего месяца. Боевые действия вновь ужесточились в последние десять дней месяца, но возобновление британских атак ведет к ограниченным результатам, так как немецкие войска отвечают контратаками.

В битве за Полигон Вуд наступление британских и союзных войск началось 26 сентября, британские потери составило более 15 тысяч человек; из них убито не менее 1200 человек. Также погибло более 5700 австралийцев.

Британские войска воюют на ряде других фронтов, в том числе на Ближнем Востоке, в Африке, Италии и на Балканах.

1 октября, Нью-Йорк: Колумбийский университет увольняет профессоров, занимающих антивоенные позиции

Джеймс Маккин Кеттел

1 октября Попечительский совет Колумбийского университета увольняет двух профессоров — Джеймса Маккина Кеттелла с факультета психологии и доцента по английской и сравнительной литературе Генри Уодсворта Лонгеллоу Дана, — с формулировкой «по обвинению в распространении доктрин в духе нелояльности к правительству Соединенных Штатов». Они уволены без выходного пособия или пенсии. В попытке помешать им найти работу в другом месте, увольнения проводятся с большой оглаской.

Преступление Кеттелла, одного из ведущих академических психологов США, состоит в написании двух писем, посланных депутатам Конгресса и президенту Вильсону в августе 1916 года. В них он напоминал, что их избрали в Конгресс и Белый дом не для «отправки призывников в Европу». Преступление Даны, внука Генри Уордсворта Лонгфелло и Ричарда Генри Даны (автора книги Два года на палубе) состоит в его членстве в пацифистском Народном совете.

Это решение попечителей Колумбийского университета приведет к введению в американских университетах и колледжах правила о защите политических высказываний в отношении постоянных профессоров.

Также на этой неделе: Новые свидетельства о зверствах против армян в Малой Азии

«Кампания в защиту армянских беженцев в Петрограде» (фото, опубликованное московским Армянским комитетом в журнале «Армянский вестник», май 1916 года)

Статья в New York Times, появившаяся на этой неделе, сообщает об убийстве 1200 человек, включая всех армянских преподавателей и студентов Университета Анатолии в городе Мерсован (Мерзифон) в Османской империи. Президент университета, американский миссионер Джордж Э. Уайт, очевидец событий, рассказывает о резне:

«Эти преподаватели были людьми с характером, образованием, способностями и полезностью в своей сфере; некоторые из них представляли собой лучший тип выпускников американских или европейских университетов — вспоминает Уайт. — Мужчин отделили от женщин. Их руки были связаны за спиной, и их увели…»

Мужчин и юношей убивают топорами, а их одежда и вещи грубо разворовываются. Уайт также свидетельствует о продаже армянских женщин в рабство по цене от двух до четырех долларов. «Государственные чиновники запахали армянское кладбище в Мерсоване и засеяли его зерном как символом того, что ни один армянин не может в будущем жить и быть погребенным в этом месте, — продолжает Уайт. — Это было правительственным актом — действием против армянского народа».

До и во время войны российское правительство поддерживало армянский национализм в Малой Азии, надеясь использовать это православное христианское меньшинство для дестабилизации шаткой, многонациональной Османской империи. Буржуазное националистическое правительство «младотурков», пришедшее к власти в 1908 году, начало кампанию методического истребления и этнической чистки против армян, и эта кампания усиливается в период войны.

Армянское население, населявшее регион со времен Геродота, обвиняют в кризисе и военных поражениях Османской империи. По оценкам историков, этот геноцид привел к гибели полутора миллиона человек. Более 800 тысяч армян станут беженцами, многие из которых поселятся на территории будущего Советского Союза.